?

Log in

No account? Create an account

Feliks Kogan

"Совсем не говорить о себе есть весьма благородное лицемерие" (Ф. Ницше)


Previous Entry Поделиться Next Entry
Размышление по ходу.
unicorn
filin7

Я в эмиграции третий десяток лет. Где-то лет 20 я не интересовался, что происходит на моей бывшей малой родине. Я не репатриант, а беглец. В принципе, если ты откуда-то бежишь, зачем тебе оглядываться, если никто не преследует и только рады. И вот, решил глянуть по прошествии многих лет, даже группу завёл в ФБ, думал, кому-то ещё интересно ТАК ЖЕ, со стороны и без особой страсти с пристрастием. А это Молдавия и русский город Тирасполь, надо сказать. Но таких заинтересованных мало, информации тоже не особо, поскольку место не особо открыто миру, и когда нет ни капли ностальгии, писать о городе, его исследовать без любви -- занятие неблагодарное, пусть и благородное, как любое для прихотливого испытателя. Поэтому я жалею, что вообще к теме обратился. Ничего нового я там не обнаружил, это по-прежнему "Чёрная дыра Европы", как именуют непризнанную тираспольскую республику. Там сменяются марионетки-"президенты", всю ту же ахинею несут "о вхождении в Россию", открывают у себя суворовские училища и по-прежнему дыркаются с Молдовой, от которой откололись в своё время, войнушку затеяв. Когда-то Суворов тут заложил крепость. Оказалось буквально сразу, что она не нужна и город стратегическое значение для России потерял тогда же, в конце 18-го века. С распадом СССР такое значение неожиданно обозначилось и поэтому российская армия из бывшей союзной республики не спешила уйти (она и сейчас там в виде некой символической базы). Это было связано с войной в Югославии, с балканским направлением, как можно было догадаться. Россия могла придерживать на пятачке военный аэродром, некие незначительные дивизионы и по сути лишь обозначать своё присутствие таким образом. Как позже доказала эта страна, если ей надо, она займёт территорию без малейшего колебания, и это пример Крыма. То есть, и в 21-ом веке Тирасполь и полоска земли "Приднестровье" никакой стратегической ценности в игре больших политиков не несут, это попросту некое диковатое поле, на котором что-то произрастает.

Но вот с чем я столкнулся сразу же, так это с плеядой мерзавцев по всему миру, в том числе и в Нью-Йорке. Они тоже эмигранты и как бы бывшие земляки. Что делают? -- Находят, кто у кого захоронен в том Тирасполе на давно закрытом еврейском кладбище (под видом изысканий в геналогии, видите ли) и вымогают деньги "на уход за могилами". Я был просто ошарашен, когда это коснулось меня, когда я рассмотрел фотографии, почитал отчёт о "бизнесе", мол вот куда денежки идут, тысячи долларов, бортики у аллеи подправили... Если пытаться провести аналогию, то тут нет ничего похожего на Всемирный Клуб Одесситов, это ведь не Одесса, а рядом.

В общем, такая грязь, что повторю, я жалею, что сам свой же принцип и нарушил. С другой стороны, его же и подтвердил на примере. Принцип простой -- для эмигранта. Это полное отрешение. Если вы были на месте, откуда бежали, где были несчастливы, то не стоит его навещать и даже внутренне в мыслях туда возвращаться.

Разумеется, что такая теория отрешения радикальна, но она действенна, и может не затрагивать культурные-ментальные зачатки, если эмигрант покинул место взрослым. Например, я человек русской культуры, и это не значит, что я должен отрешиться от всего русского и забыть, что я "из тех мест". Это и установка возвышенного, можно сказать, космополитизма.

Другой аспект затронутого -- это ностальгия, которую можно считать и образным понятием, и поэтическим приёмом, и болезненным состоянием. Я никакой ностальгии не признаю, при том призвал бы людей никогда не посещать однажды покинутых мест -- физически. Это справедливо, в частности, для всех постсоветских взрослых, рождённых в СССР. Хотя вывезенные из совка дети, повзрослев, питать могут интерес иного свойства, там больше любопытства, которое лучше бы переключать с "малой родины" на "большую", например, почему б не слетать туристом в Москву там, в Ленинград, пока не опасно, что-то ещё. Дети такие, уже практически ассимилировавшись в другой стране, к исходной, где были рождены, привязаны меньше либо отрешены идеально.

Теория отрешения могла бы опираться на институт диаспоры. Но русские такого не создают, никакой русской диаспоры, если подразумевать под такой что-то объединяющее да культивируемое, не существует. Скорее всего потому, что страна Россия, её сателлиты или зона влияния -- вполне большая доминирующая сила, она затмевает собою все разрозненные островки "отщепенцев и предателей". Но и в другом причина. Русские, которые постсоветские, не особо дружны, сила каждого в отдельности -- центробежная. "Русскими" я называю представителей пресловутой "братской семьи народов", будь то советские евреи, молдаване, украинцы или киргизы, которые всё ещё говорят по-русски, рождённые в СССР ...


  • 1
Ностальгия или Кошмары о Родине - это фантомные боли. У всех по-разному.
Кошмары о возвращении в Россию у меня были. Вылечилась. И ко мне как к психотерапевту обращались регулярно иммигранты с кошмарами о возвращении в Россию или в Украину. Но много было клиентов и с противоположными проблемами ностальгии.
Лично у меня ностальгии за 10 лет к России так и не случилось. Была небольшая ностальгия к Казахстану. Но той страны уже нет. Все изменилось. В детство вернуться невозможно. Ностальгия это фантомные боли о Родине.

Edited at 2018-06-03 08:17 (UTC)

Да, неплохо бы лишить термин его поэтизма и привлекательности. Фантомная боль ... Лучше, может, "синдром возвращения". Но это решать специалистам, конечно, если встанет задача классификации.

Согласна с Вашей теорией отрешения,надо забыть,но память такая штука...стереть её невозможно,если только её совсем не потерять


А это свойство опыта, его не надо, конечно же, стирать специально. Как известно, любой опыт пригождается, как плохой, так и хороший в окраске.
Поэтому страдающим надо понять, что неприятному надо присвоить знак. Он и будет метить плохой опыт, определяя место прежнего проживания или рождения как пригодное (памятное), но не годное на все времена с любым приложением. Это и будет отрешением эмигранта.
Поможет и то, что у человека заложена природой память места, иначе бы он не нашёл дороги домой -- с охоты -- в эпоху ещё непривычного прямохождения. Однако ещё сильнее инстинкт опасности. Если уютную домашнюю пещеру заняла семья саблезубых тигров, которых не удалось выкурить факелами, семья людей переходит в другое, безопасное место. Однако и вне явной опасности всегда есть стремление подыскать что-то лучшее. Иначе бы человек разумный так и оставался бы в жёлтой жаркой Африке все следующие полмиллиона лет, пока не сгинул бы, как вид, от чумы либо самоистребления (конкуренции).

  • 1