?

Log in

No account? Create an account

Feliks Kogan

"Совсем не говорить о себе есть весьма благородное лицемерие" (Ф. Ницше)


Previous Entry Поделиться Next Entry
Работники
unicorn
filin7
До сих пор удивляюсь, столько лет прошло. В 1980 я поступил в военную стройконтору, солдатом был. Там половина контингента были гражданские, инженеры. Я в производственном отделе, техником. И вот, смотрю. Один старший инженер, другой просто так. Приходят, сидят, болтают. С обеда могут достать лист бумаги чистый, положить перед собой. Если кому из военных строителей, из прорабов стройбата, нужны детали чертежей, расчёт по материалам, конструкции сверх сметы и прочее -- то спихивали мне. А чтобы под строительство объекта выделили из бюджета страны солидную сумму, я должен был изобразить красивую таблицу от руки, тушью, с заголовком из вырисованного шрифта -- плакатным пером. Это такая каллиграфия, ювелирная работа. Таблицу подписывали полковники, потом генерал, деньги текли. И так два года. Часто меня другой инженер просил ему вычертить другую таблицу, по футболу, с командами. Он мне за это выписывал премии, так как был главным нормировщиком. Однако я поражаюсь, как можно такой режим было выдерживать -- приходить и восемь часов ничего не делать? Ну, что-то они периодически на своих листках чёркали. Но всем было понятно, что заняться людям нечем, они свою зарплату "высиживали". Иногда меня посылали курьером в штаб округа, и надо было через весь Киев ехать, на городском транспорте. Такие поездки любил, разлекали, к тому же мог выкроить личное время для себя, в кино сходить. Мог сходить в кладовку-архив, там с полчаса подремать. В общем, я этим людям благодарен. Они ко мне относились по-доброму, хотя по статусу я был среди них вроде деклассированного, как никак это срочная служба и я подневольный. Ну а ночевал я в казармах с другими солдатами, стройбат. Впрочем, и не ночевал-то особо, поскольку приходилось художничать, и зачастую ночами. У меня был в распоряжении сержантский класс, "художка". Хотя был в полку свой, полковой художник, к которому меня часто кидали на помощь, в каждой роте командиры стремились иметь своего художника, это ещё не каждой роте везло на художников, и тем более что освобождать от стройки их не могли. А там труд тяжёлый, после смены руки трясутся и валит с ног усталость. Поэтому я, как "интеллигент", подходил ротному начальству, тем более что меня не надо было им особо стимулировать, выписывать увольнительные. Поскольку у меня и без этого был специальный пропуск, мог по городу гулять свободно (главное -- не попадаться патрулям в лапы, потому что могли придраться к чему угодно, вплоть до походки строевого шага или рукам в карманах). Но всё же пару раз я был в отпуске, по 10 дней, ездил или летал на родину в Молдавию. Тоже школа была своеобразная: мне приходилось в своей художке творить быстро и качественно, оттачивать мастерство. Потом это мне очень пригодилось, конечно.

Прошло 38 лет и я занят практически тем же, уже в Нью-Йорке. Это структурный дизайн, архитектурный, предметный, ко всему и художества всякие. А бездельников рядом нет, всё кипит и крутится в бешеном ритме.
Метки: ,