?

Log in

No account? Create an account

Feliks Kogan

"Совсем не говорить о себе есть весьма благородное лицемерие" (Ф. Ницше)


Previous Entry Поделиться Next Entry
Сказ про то, как я и Лев-Соломон в синагогу ходили.
unicorn
filin7

Я уже писал про Льва, и сейчас время рассказать о другой истории, где также фигурирует Мойша, начальник синагоги за углом.

Это было в те  времена, когда Лев-Соломон ещё не достиг рубежа 80-ти, но незадолго до того. Он мой сотрудник, если кто не помнит. А Мойша -- тулуз-лотрековский такой типаж с плаката "Аристид", с цокающими набойками на туфлях и с щетиной, средних лет.
 Стал меня Лев-Соломон подбивать сходить в синагогу, мол, Мойша к нам в контору бегает всякий раз (чтоб печатать расписание ритуалов), так чего бы нам в его владенья не наведаться. Я, вообще-то, не настолько религиозный, чтоб в рабочие дни по синагогам, да и Лев такой же, из парторгов сам, бывший, казалось бы. А тут всё упрашивает да нахваливает. Ну, думаю, всё! -- причастился старик, просветление нашло на него на склоне лет, покаяния время. Как тут не уважить.
 Надо сказать, что сам я особого рода внутри нации, и в синагоге мне должны почести оказывать, при службах специально вызывают тех, у кого моя фамилия. В общем, мой прапра... дядя Моисей, который вывел людей из Египта, где рабами они, а прапра... дед -- Аарон, брат Моисея, сподвижник его и Первосвященник, роду которого сам Б-г завещал наследовать. Вот я и наследую. Праотцом для всей нации Авраам, но это ещё дальше в глубь истории, так чтоб не путаться, я считаю Аарона прапра... дедом.
 Дело тут такое. Родня моя обитала в Храме, это в Иерусалиме, до разрушения Храма (увы). Пока его не восстановят, я, как бы, не у дел. И вот эти все синагоги, они, конечно, как-то заменяют Храм, но близко к нему, разумеется, не стоят.
 Однако не стану долго расписывать подоплёку. Скажу лишь, что в описываемом случае решил не подымать в синагоге суматохи, а зайти инкогнито, со Львом-Соломоном. Время обеденное, чего б  не проводить его. Взяли да пошли за угол, оно ж рядом тут.
Надо было зайти не с парадного, а подвалом.  Так лучше, потому что синагога эта популярная,  всех не вмещает и у парадного стоят те, кто не хочет толпиться, молятся условно, будто зашедшие.
 Мы со Львом протиснулись. Он пошустрее, ходы уже знает ведь. А я как-то оглядывать стал, прихожане -- хасиды все, в чёрных лапсердаках, с пейсами, перед каждым, кто за столами, книги, в проходе, перед столами, вообще не пройти -- стоячие места. Ну, думаю, попробуй мне сейчас кто-то вякни, что я не по форме одет... -- Надеюсь, мой настрой тогдашний понятен. Я просто стал окидывать взглядом паству, пока на ступеньке высокой стоял. Взгляд пронял, и предо мной расступились. Лев не растерялся и потянул меня за рукав резко -- вниз и к стене: "Феликс, сюда, сюда!" -- а потом ещё громче: "Наливай!"
 Чудны дела твои, Госп-ди... Гляжу, под стенкой целый шведский стол стоит, чего только нет там! Лев-Соломон -- с бутылкой немецкого шнапса. Ну, чего ж не выпить. Налили по чарке, вздрогнули. Под столом  в противне жарится капуста, сам Мойша подбегает помешивать. В другом противне дичь всякая, над  ними -- чан с кипятком. Стоим со Львом, закусываем: сесть то негде!
Отовсюду тянутся руки: кто за тортом, кто за печеньем, кто молоко разливает, кто с полки таблетки берёт -- любые там.
 Лев снова не теряется, кофе в стаканчики подсыпает. Можно и по кофе, только толкались бы поменьше. Но тут началась главная молитва, все больше к столам сгруппировались и часть вышла на улицу, причитая. Лишь мы оба у закусок, даже неудобно стало, не с голодного же краю, в смысле, не первый же год мы в Америке тут -- из СССР. Лев на остальных ноль внимания, знай себе уплетает да подливает, что погорячее. Хасиды по-русски не понимают, но и так Лев им не мешает. Мне кажется, они думали, что Лев так молится НА СВОЁМ языке. Впервые был я тут. Ну что ж, выходим со Львом, я в копилку монеты кинул -- символически. Спешим за угол -- перерыв короткий у нас. Лев сильно возбуждён. Убеждает меня: "Зачем ты там куда-то бегаешь, в пиццерии эти дорогие. Вон, зашёл да ешь себе, чего пожелаешь!"
На следующий день мы пошли туда уже втроём, ещё одного нашего дед подбил. Народу было поменьше и мы за столами восседали. На третий день нас было четверо. А надо сказать, что в конторе человек 15 рабочих...
Через какое-то время я перестал сопровождать Льва, он во мне особо не нуждался уже, с компанией.  Однако, по прошествии нескольких месяцев, опять Лев-Соломон заныл, пошли да пошли, мол. Говорит, мол, народ уже отмолился и вышел весь, капуста не чадит, и колени у него болят... Ну, думаю, пройдусь, байки его послушаю.
 Зашли в синагогу, закусили кошерным, кофе пьём. Мойша у стола суетится, обновляет ассортимент. Тут приносит он и ставит большую корзину с булками. У Льва загорелись глаза: "Завтра шаббат, я тут всегда домой беру халу." -- Это так называется булка -- хала, чтоб Святую Субботу с ней. Правда, я такие в магазине беру, обычно, знаю сорт, что мне по вкусу. И вот, мы уже выходим, а Лев задерживается у корзины, штуки 3 большие булки берёт и россыпью, что помельче, и в пакет всё. И вдруг, подбегает тут Мойша, прямо в двери остановил старика. Развернул его за плечо, отнял пакет и высыпал в корзину обратно.  На английском же говорит Льву, что тот вор. Лев оторопел: язык он не понимает, что происходит -- не понимает. В глазах недоуменье: всё ж бесплатно! -- У Льва внуки и больная жена, он хотел их порадовать. То есть, я не осуждаю его. Тем более, после шаббата этим хлебом усеяна вся округа, все тротуары -- голубям на прокорм ( те и не едят-то особо).
 Лев кинулся ко мне: "Что он говорит, что он хочет?" Я молча поставил булку, что хотел взять для себя, на стол. Деликатно под руку вывел Льва-Соломона из заведения: "Лев-Соломон, Мойша сказал, что батон несвежий, что не надо тебе тут..."
Это был последний раз мой, больше я туда со Львом не ходил. Да потом и времени как-то меньше стало, работы больше. Фактически, сделаешь себе кофе в офисе, сэндвич из дому, 5-6 минут -- и снова за компьютер.