?

Log in

No account? Create an account

Feliks Kogan

"Совсем не говорить о себе есть весьма благородное лицемерие" (Ф. Ницше)


Previous Entry Поделиться Next Entry
Остатки мгновенной очереди
unicorn
filin7
Почерпнул из ЖЖ интересное фото, вроде, в 1987-ом снимала одна американская девушка, в Москве (я обрезал кадр и сделал сепию, передвинул штампик).



Интересно тем, что сами советские фотографы, профессионалы, были подцензурными, у них прямо со скамей училищ вырабатывался особый стиль в плане соцреализма, то есть, там могли быть драматические снимки, допустим, спортивные, но в бытовом плане подход уже бледнел и был безликим. В эти годы в СССР набрала обороты Перестройка, когда провозглашена была свобода невозмутимого слова и плюрализм, правда, фотографов поубавилось, а любителей с аппаратами вообще не стало, это ж не то что сейчас, когда у каждого своя "мыльница" и никакой химии не требуется, снимки тут же готовы. Но это я к тому, что данный снимок как раз и отличается: у туриста намётан глаз и он запечатлел некое событие, которое на месте никому б из обывателей не пришло в голову запечатлеть.
 Здесь налицо противопоставления фигур: слева открытое лицо одинарного полицейского (мента), справа группа, лица все, кроме крайнего мальчика, скрыты. Мент вальяжно расставил ноги, рука в кармане, курит. Он хозяин положения, слуга режима, а не просто в правопорядке орган. А в группе озабоченные граждане, они сгрудились у пустых атрибутов распродажи, поскольку срабатывает рефлекс: то ли что-то начнут продавать, то ли всё распродано, но появилась возможность на минутку побыть "первыми" на раздаче, даже в таком случае, когда ничего не получишь. Товар могли подвезти, к примеру, тогда, когда набралась бы очередь человек в сто. Я склоняюсь к первому, поскольку валяются пустые контейнеры. Значит, товара было столь мало, что его разметали в секунды, даже не успев намусорить либо что-то нарушить. Поэтому полицейский теперь смотрит, скорее, не за соблюдением криминала, а за сохранностью выручки в передничке продавшицы. Разумеется, это "выбросили" продукты. Так тогда говорили, "выбросили на продажу", или набросали сена в стойло скоту (по аналогии фразы).
Время было сомнительно-голодное: вроде, никто не пух от недоедания, но не особо переедали. Это было время повального дефицита, которое тянулось достаточно долго и началось до Горбачёва: его Перестройка была политическим блефом и психозом говорильни, поскольку в экономическом плане ничего не дала, страна продолжала катиться в пропасть, и лучше (богаче) жить люди простые не стали, если не говорить, конечно, о высших партийцах либо классе начальников, которые в очередях на улицах, конечно, не стояли, у них было своё распределение товаров, скрытное. А ещё считалось, что Москва снабжалась лучше, и в других городах и местах огромной страны было положенье похуже. Однако мне видится гораздо худшим эта позиция затравленных граждан под видом покорных животных: это уставшие зомбированные тени. Через какой-то пяток лет они благополучно сольют эту свою страну, даже не шелохнувшись. Союза всяческих республик не станет.